— Алло, Марин. Ну что, надумала? — голос тётки Веры был приторно-сладким. Марина, прижимая телефон плечом и пытаясь открыть дверь своей коммуналки, вздохнула. — Здравствуй, тёть Вер. Что именно надумала? — Как что? По поводу квартиры, конечно! Вадик уже риэлтора нашёл, говорит, за неделю всё оформят. И деньги сразу.
Марина почувствовала, как закипает раздражение. Тётя и её сын Вадик уже полгода, с момента смерти бабушки, пытались заставить её продать унаследованную комнату в старом доме на Петроградке. Для них это были «двадцать квадратов в коммуналке», для Марины — единственное жильё, её крепость, полная воспоминаний.
— Тёть Вер, я не продаю. Это мой дом. — Дом! — фыркнула тётка. — Вадик предлагает тебе нормальные деньги. Снимешь что-нибудь поприличнее. Ты же на экономиста училась, должна соображать. Марина промолчала. Училась, но бросила, чтобы ухаживать за бабушкой, от чего тётя Вера и Вадик тогда отказались наотрез.
Стук в дверь раздался, когда Марина красила подоконник. На пороге стоял Вадик — в дорогом костюме, с золотыми часами, источающий самодовольство. — Приветик, сестрёнка, — он бесцеремонно прошёл в комнату. — Слушай, давай по-быстрому решим с квартирой. Я тебе бабла сразу отстегну, даже больше, чем планировали. — Вадик, я не продаю, — покачала головой Марина. — Блин, Маринка, ну не тупи! — он раздражённо взмахнул рукой. — Ты посмотри на эту конуру! Туалет через коридор! — Мне нравится эта квартира, — ровно ответила она. — И это не твоё дело. Вадик вскочил. — Ты не поняла. Мне нужно бабло, и срочно. Я уже пообещал клиенту эту недвижимость, взял задаток. Врубаешься? — То есть ты уже продал то, что тебе не принадлежит? — усмехнулась Марина. — Да какая разница! — сорвался на крик Вадик. — Выметайся, — Марина распахнула дверь. — Ты ещё пожалеешь! — процедил он, уходя. — Думаешь, одна справишься?
На следующий день в дверь позвонил незнакомый парень. — Здравствуйте! Вы Марина? Я Стёпа, брат Ленки. Она сказала, вам тут ремонт нужен. Марина растерялась. Подруга Лена действительно предлагала помощь своего брата-строителя, но всё было так не вовремя. Однако Степан оказался на удивление простым и деловым. Он быстро оценил объём работ и даже предложил решение для давней мечты Марины — отдельного санузла. — Технически это возможно. Стояки рядом, места достаточно, — деловито сказал он и назвал на удивление подъёмную сумму. — И с материалами повезло. Есть у меня остатки от последнего объекта — дорогая плитка, хорошая сантехника. За копейки отдам. Это было похоже на чудо. Марина, не веря своему счастью, согласилась.
Ремонт начался. Степан работал быстро и умело. Марина, разрываясь между работой в супермаркете и восстановлением в вузе на вечернем отделении, чувствовала, что, несмотря на трудности, её жизнь наконец-то движется в правильном направлении.
Однажды вечером в дверь забарабанили. На пороге стоял взъерошенный и бледный Вадик. — Мне нужны деньги! — выпалил он. — Срочно. Завтра. — Чего? — Марина решила, что ослышалась. — Ты оглохла? Деньги! Много! У меня кредиторы на хвосте! Из комнаты появился Степан. — Что случилось? — Мне капец полный, понимаешь? — Вадик сполз по косяку двери и вдруг разрыдался. — Долг у меня перед серьёзными людьми! Я думал, квартиру твою продадим, я расплачусь. А теперь не знаю, что делать. Мамка квартиру заложила, но этого мало. — Ты играл, что ли? — догадалась Марина. — Помоги, а? По-родственному? — прошептал он. — Двести тысяч. Хотя бы сто пятьдесят. У Марины было ровно сто тридцать — всё, что она отложила на ремонт и взяла в кредит. — Сто тридцать могу дать, — ровно сказала она. — С условием. — Каким? — в глазах Вадика блеснула надежда. — Расписку напишешь. И в течение года вернёшь. И больше никогда не будешь лезть в мою жизнь. — Клянусь! — он вскочил, готовый расцеловать сестру. — И ещё, — остановила его Марина. — Завтра приедешь. Трезвый. И с твоей матерью тоже поговорим.
Когда Вадик ушёл, Степан покачал головой. — А ремонт? За материалы не расплатишься. — Придумаю что-нибудь, — пожала плечами она. — Так нельзя, — нахмурился Степан. — Знаешь что, я тебе в долг дам. На материалы. Вернёшь, когда сможешь. — Да мы же едва знакомы! — уставилась на него Марина. — Ну так познакомимся лучше, — просто ответил он.
Через полгода тётя Вера принесла деньги. — Вот, держи. Сто тридцать, как договаривались, — она положила на стол конверт. Выглядела она постаревшей и уставшей. — Вадик теперь в завязке. Работает. На стройке. У твоего Степана. Марина улыбнулась. — Приходите в гости, сами увидите, как я гнездо своё свила. В тот же вечер она нашла в почтовом ящике приглашение на новоселье от Степана. В подъезде вкусно пахло пирогом. Марина открыла дверь своей отремонтированной, уютной комнаты и поняла, что она наконец-то дома. У себя дома.